mudraya_ptica (mudraya_ptica) wrote,
mudraya_ptica
mudraya_ptica

Categories:

про реку и имена

Милейший Питер Акройд, написавший Лондон-андер, написал еще много разных книжек.
Напимер, эту:

img168

В ней меня заинтересовала глава про этимологию.

Крещение
Темза — старое название. Если не считать Кента, это, возможно, самое древнее название в Англии. Считают, что оно идет оттуда же, откуда происходят названия британских рек Теймар, Тим и Тафф, — от кельтского tarn, что означает “гладкий” или “широко раскинувшийся”. Isa и esa — варианты кельтского корня, означающего проточную воду. Они прослеживаются в названиях рек Уз (Ouse) и Экс (Ехе); слово “Оксфорд” произошло от Ousenford или Osenford*. Так что мы можем интерпретировать слово “Темза” как “текучая жидкость” (ooze). Но все это только предположения. Слово может иметь и совсем иное происхождение. В Сербии есть приток Дуная под названием Тамиш. В Италии есть река Тамезе, а главный город племени бруттиев в южной Италии назывался Темеза.
Есть, кроме того, приток Ганга, называющийся на санскрите Тамаса, что означает “темный”. Во второй книге “Рамаяны” имеется глава “Тамаса”. Так что название может быть докельтским. Не исключено, что оно возникло среди первобытных племен эпохи мезолита или неолита, которые, странствуя по свету, имели общий язык. Слог “тем”, возможно, означает тьму как нечто внушающее священный страх. Он может быть чрезвычайно древним, восходящим к первым наименованиям, которые человек давал явлениям окружающего мира. Интересно, что в XIX и начале XX века Темзу часто называли “темной рекой”, невольно откликаясь на ее первое имя
.

Теймар это Тамар, про которую тут уже было.
Переход иса-еса-экс-уз-окс-осень просто чудесен)).



img169

Ни кельты, ни римляне, ни саксы не переименовывали ее — возможно, потому, что имя реки считалось мистическим. Кельты называли ее Тамеза или Тамезис, римляне в лице завоевателя Юлия Цезаря — Тамезис. Под этим названием река была известна также Тациту и Диону Кассию. Саксонские поселенцы именовали ее Temes или Temese. Сохранение концевого “s”, редкий случай в англосаксонском языке, указывает на высокую вероятность того, что саксы знали это слово до возникновения его кельтских и латинских вариантов. Слух о великой реке Темзе дошел до них через моря. В одной рукописи 699 года она названа Thamise (Тамиза). В хрониках Ненния, датируемых VIII — началом IX века, она идет как Tamisia.
Количество латинских и англосаксонских названий реки достигает как минимум двадцати одного, в среднеанглийском языке добавляется еще девять. Но во всех случаях используется корень tame или teme. Это священный элемент, предположительно обозначающий тьму.
Вскоре Темза вошла в хартии англосаксов. В первой же из тех, что дошли до нас, относящейся к VII веку, упоминаются земли, принадлежащие аббату Альдхельму, cujus vocabulum Temis juxta vadum qui appelatur Somerford*. Деревушка Сомерфорд-Кейнс все еще существует около Темзы, всего в 2-3 милях от истока; здесь имеется церковь с резьбой викингов, построенная самим Альдхельмом, и остатки саксонских водяных мельниц.

Для крещения реки необходимо некое божество-покровитель. Лудд, таинственный и неуловимый кельтский бог лондонцев, возможно, имеет отношение к Нудду, или Ноденсу, божеству-покровителю реки Северн, однако в этих тонких вопросах никакой определенности быть не может. Более осязаемая и увесистая фигура — Старый Отец Темз, водяное божество неизвестного происхождения, отличающееся разительным сходством с богами Нила и Тибра. Его развевающаяся борода и волосы ассоциируются с водным потоком.
Считалось, что Ганг проистекает из спутанных волос Шивы; в записных книжках Леонардо есть изображения волос, переходящих в водяные струи, как если бы завихрения и рябь на воде были эхом человеческого организма. Греко-римская скульптура Тибра с развевающейся бородой и волосами датирована I веком до н. э. и находится в основании лестницы на Капитолийском холме в Риме. Там же, сходный с ним внешностью и позой, полулежит бог Нила.
В мифах Греции и Рима речной бог Ахелой считался также источником всякого познания. В облике быка он сражался с Гераклом, и тот отломал один из его рогов. Ахелой скорбел о потере рога, ставшего “рогом изобилия” и превращенного затем в сосуд, который держит Отец Темз; это можно истолковать как мысль о том, что укрощенная река становится плодоносной. Но образы говорят также и другое. Ахелой — мощный бог, неистовый, если его разозлить. Он стар, но, владея секретом вечной юности, наделен даром омоложения. Отсюда берет начало понятие об “источнике юности”.

Иное его воплощение, Отец Темз, запечатлен в статуе, которая вначале располагалась у истока Темзы, а затем была перенесена в Лечлейд, где находится первый шлюз. Старик окружен бочками и тюками с товаром, которые показывают, что Темза — не только священная, но и коммерческая река. На плече у него лопата — символ ремесла, необходимого для создания шлюзов, которые внесли вклад в укрощение реки. Есть еще одно его скульптурное изображение около лондонского Хем-хауса на берегу Темзы, где он назван просто “речным богом ; скульптура датируется серединой XVIII века, то есть на сто лет старше лечлейдской, и бог здесь, отдавая дань античной древности, держит опрокинутый сосуд. Другие копии были утрачены.
Статуя этого же божества имеется и на площади Тринити-сквер в Лондоне, где она играет роль “гения места” для бывшего Управления Лондонского порта. В одной руке бог держит трезубец, другой показывает на восток — на открытое море. Борода и волосы опять-таки тщательно детализированы. На пьедестале — эмблемы Производства и Экспорта, Коммерции и Навигации. Бронзовая фигура Отца Темза стоит во дворе Сомерсет-хауса, и на той стороне здания, что выходит на Стрэнд, имеется замковый камень с его высеченным изображением.
Большие изваянные головы старика можно увидеть у входа з Хаммерсмитскую ратушу со стороны реки, а на мосту Воксхолл установлен барельеф этого божества, борющегося с исчадиями глубин. Его изображение есть на лондонском мосту Кью-бридж, еще одно — на мосту в Хенли, где его волосы и борода окружены камышом и рыбами. Так что он не позабыт.

Его воспел великий почитатель Темзы Александр Поуп:
С его волос падали капли, и над потоком
Его светящиеся рога сияли золотом.
На его урне была изображена Луна, которая руководит
Его взбухающими водами, приливами и отливами.

Поэма Джона Денема “Куперз-хилл” в свое время считалась образцом сладкозвучия и чистоты языка, примером гладкого течения слов, напоминающего течение реки, о которой поэт ведет речь. Он тоже отдал дань почтения ее божеству — “Темзу, любимейшему из сынов Океана”. Получается, что Темз произошел из старой и прославленной семьи. У него, однако, есть компаньонка, которая может похвалиться еще более почтенным возрастом и большей славой.
Многие указывали на связь Темзы с египетской богиней Исидой. Английскую реку часто сравнивали с Нилом — видимо, из-за плодоносности и из-за центрального положения в стране. Нилу приносились человеческие жертвоприношения, чтобы умилостивить его богов; следы таких же ритуалов были обнаружены и у берегов Темзы. Некоторые участки Темзы легко рождают ассоциации с Нилом. Чуть выше Криклейда — тростники и зыбучие пески; дремотное, меланхолическое течение воды в районе Челси нередко уподобляли египетской реке. Более существенно, однако, то, что и Нил, и подверженная воздействию приливов Темза ассоциируются со смертью и рождением, с постоянным воскрешением. Обе реки считаются темными.

Один из самых знаменитых монументов на берегу Темзы — это, несомненно, Игла Клеопатры, хотя обелиск имеет к прославленной царице довольно косвенное отношение. Он, однако, имеет отношение к Нилу. Он был высечен при фараоне Тутмосе III и пятнадцать столетий простоял в Гелиополе на восточном берегу Нила. В 1878 году его перевезли на берег Темзы и установили с помощью гидравлических приспособлений. Розовый асуанский гранит обелиска потемнел от лондонских туманов и копоти и стал такого же цвета, как сама английская река. Перед нами - священный символ мутной и таинственной Темзы.
Связь между Темзой и Нилом впервые была проведена в “Полихронионе”, или “Всеобщей истории”, Ранульфа Хигдена, монаха из Честера, жившего в первой половине XIV века. В этой компиляции средневековых текстов Хигден пишет: Tamisia videtur componi a nominibus duorum fluminium, quae sunt Thama et Ysa aut Usa. Перевод: “Тамизия, видимо, составлена из названий двух рек, кои суть Тама и Иза или Уза”. Более чем вероятно, что хигденовская “Иза или Уза” происходит от упомянутого выше кельтского isa или esa. Получается, что в XIV столетии люди, жившие по берегам реки, называли ее кельтским именем. Может быть, она всегда была известна как Иза.
Но затем исторический текст творит свое собственное таинственное чудо. Иза довольно легко превратилась в блистательную Айсис (Isis, т. е. Исиду). Распространителем ошибки стал Джон Лиланд, написавший в своем “Путеводителе” (1546), что “исток Айсис находится в трех милях от Сайренсестера”. Уильям Камден в “Британии” (1586) пишет: Isis vulgo Ouse, то есть “Айсис, известная в народе под названием Уз”. Никаких подтверждающих соображений он не приводит, но отождествление оказалось весьма многозначительным. Камдену последовали Холиншед и Стоу. Авторитет Лиланда был таким, что никто не смел с ним спорить. В частности, в конце XVII века валлийский ученый Эдвард Ллойд назвал Лиланда человеком, “с коим я не дерзаю состязаться”. Поэтому в “Приходских записках” (1695) он называет Дорчестер местом, “близ коего Темза вливается в Айсис, откуда и произошло имя Тамезис, или Темза”. Из-за диковинного смешения имен и понятий реку Тамезис сочли результатом слияния Темзы и Айсис (Исиды). Чтобы объяснить произошедшее, выдвинули теорию: якобы “Айсис” — это река от истока до Дорчестера, а “Темза” возникает после Дорчестера, где в нее впадает приток Тейм. Взгляда на англосаксонские источники, где вся река неизменно называется Темзой, было бы достаточно, чтобы перечеркнуть это предположение. Однако теория жила из века в век.
В парламентских актах с 1750 по 1842 год фигурируют “реки Темза и Айсис”, в акте об охране Темзы (1894) — то же самое. Даже на картах Государственного картографического управления участок от истока Темзы до Дорчестера именуется “Река Темза, или Айсис”.
Не так-то просто все с названиями рек.

Пусть это и ошибка, но ошибка плодотворная. Живучесть ложного представления о Тейме и Айсис наводит на мысль о внутреннем резонансе, о некоей сущностной правоте хронистов и картографов вопреки законам этимологии. Ведь Исида, так или иначе, несет в себе заряд общечеловеческой памяти. Она — Богиня-Мать, благодетельница рек. Утроба нового рождения. Богиня плодородия и изобилия, сестра и супруга Осириса, правителя подземного мира. Животворящая Темза течет из непознанных глубин. Она — женская душа мира, anima, способная являться в тысяче разных обличий. На ее дне у Лондонского моста были найдены три скульптурных изображения Хора, сына Исиды. Возникает образ матери, рождающей сына на реке, подверженной колебаниям приливов и отливов. Здесь представлен один из самых мощных мифов о возрождении.
Культ Исиды процветал в эпоху Римской империи, и в храме Исиды в Помпеях на головы верующих в знак благословения брызгали водой. Темзу использовали для ритуального омовения и христианского крещения. Исида была крылатой богиней, “старейшей из старых”, покровительницей сельского хозяйства, врачевания, закона и справедливости. Она “распространяла сладость в собраниях”. Все эти виды деятельности, включая законотворчество и отправление справедливости, много веков, а может быть и много тысячелетий были представлены на берегах Темзы. Можно вспомнить о Раннимиде*. Близ Темзы был обнаружен курсус** эпохи неолита. Ныне у ее берега заседает парламент.

Неудивительно, что в речной поэзии Исида занимает почетное место. У Спенсера она овеяна древностью как некая первобытная богиня. В сцене брачного пира в “Королеве фей” перед Темзом идут
Престарелые родители: старый Тейм;
Но еще намного древней была супруга его
Уза, которую люди по праву называют Исидою,
Весьма слабым и сгорбленным созданием выглядела она
И почти слепа была от старости,
так что едва видела дорогу*

(* Раннимид — место на берегу Темзы, где в 1215 году король Иоанн Безземельный подписал Великую хартию вольностей. Курсус — прямоугольник из длинных валов и канав, предположительно имевший ритуальное значение.)

В “Полиольбионе” Дрейтона нам является более юное воплощение богини:
За сей Исидой, наследницей Котсуолдс, долго ухаживал
юноша и наконец добился взаимности,
И пришла пора ей венчаться с Теймом,
сыном старого Чилтерна.

Ему вторит Уортон:
Прекрасная Исида и супруг ее Тейм,
Соединив воды свои, вечно текут вместе.
Поэты прославляют ощущение места и творят в сфере мифа то, что имеет лишь весьма шаткое и сомнительное обоснование в мире фактов. Так уж повелось у людей.
Исида, в свой черед, стала прародительницей всех речных нимф, русалок, фей и богинь, украшающих собой реки и ручьи по всему миру. Вергилий в “Энеиде” упомянул пять десятков таких существ. Название реки Северн произошло от имени британской богини Хабрины, или Сабрины. Клайд находится под покровительством Клото. Река Ди принадлежит Дэве. Любопытно, что Темза не имела своей богини-покровительницы — если не считать, конечно, самой Исиды.
Вполне возможно, что именно это отсутствие божества женского пола побудило Лиланда провести связь с египетской богиней. Это был способ утвердить античные верования о мистической силе вод. Вот почему в 1806 году Тернер выставил картину, изображающую идеализированную Темзу (предположительно в районе Уэйбриджа) и озаглавленную “Исида”. Это визионерский образ реки с темнеющей водой под огромными деревьями и чем-то похожим на развалины храма на переднем плане.
Каков же все-таки пол реки, которой, с одной стороны, покровительствует Отец Темз, с другой — Исида? Из всех рек на Британских островах только Деруэнт — определенно “он”. Что касается Темзы, она, кажется, меняет свое естество: в верхнем течении слывет особой женского пола — “далекой, одинокой матерью Темзы”, как сказал Уильям Моррис; но близ Лондона превращается в мужчину. Когда река проявляет свою силу или неистовый нрав, ее тоже представляют себе в мужском обличье. Так гендерные стереотипы проявляются в восприятии природы как таковой. В битве полов притоки Темзы обычно считаются носителями женского начала.
Исида — это влага в ее женской ипостаси, циркулирующая в природе, как околоплодные воды. В представлениях об Исиде вода также отождествляется с питательной жидкостью — с молоком. Вода — женская субстанция, поскольку, соединяясь с глиной, она творит формы. Тут возникает множество ассоциаций и уподоблений, которые противятся рациональному исследованию, ибо восходят к самым ранним периодам человеческого сознания. Так в царство мифов, где текут Стикс и Ахерон, Лета и Флегетон, может войти и Темза — река, которая выносит идущего вдоль нее за пределы обыденности в мир мечтаний и духа
.

Без комментариев, напрашивающихся параллелей и разных дурацких вопросов)))

Tags: символы, слова, тексты, цивилизация, чтение с интересом
Subscribe

  • про картинки про самураев еще

    Еще немного флаговых самураев. Нравятся)). Малайзия Любят огурцы и дурианы! AXAMU Личность, которая идет своим путем, делая только то, что…

  • про слова опять

    После перевыпуска сообщения про португальское спасибо поступило предложение посмотреть на другие способы выражения благодарности. Ну я попыталась,…

  • про былое и индейцев

    Опять про былое, чего уж. Шестилетней давности. Про чудесных пирахов. Красивое)) Необыкновенными пираху я не заинтересовалась нисколько, пока их…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments