mudraya_ptica (mudraya_ptica) wrote,
mudraya_ptica
mudraya_ptica

Category:

про книжку про периодизацию-3

Продолжение цитат



Весьма занятно получается про автора термина - сначала все было хорошо и средние века были светлыми-лучезарными, потом жена умерла и средневековье внезапно стало уныло-бесплодно-темным.
Зато появилось сияющее возрождение. Могу нафантазировать причину).
Такая история, да.
Про "реконструкцию" испорченного Буркхардта тоже занимательно.
Вообще, несмотря на то, что  цитаты довольно обширные, эту книжку стоит прочесть целиком, по-моему, она того стоит).

**

РОЖДЕНИЕ ВОЗРОЖДЕНИЯ
Мы видели, что идея нового периода, который противостоит предыдущему, причем в последнем видят стадию мрака, уступающую место свету, впервые была выдвинута в XIV в. итальянским поэтом Петраркой. На его взгляд, за славным греко-римским периодом, закончившимся в IV в., последовало время «варварства» и «мрака», «затмения» цивилизации. Он считал, что нужно вернуться к образу мыслей и письма «древних». Но термин «Возрождение » и определение большого периода истории, получившего это название, последовавшего за Средними веками и противостоявшего им, датируются только XIX в. Ими мы обязаны Жюлю Мишле (1798-1894).

В первое время в своей «Истории Франции», которая начала выходить в 1833 г., Мишле возносил хвалу Средним векам: этот светлый и созидательный период соответствовал его представлению о плодовитой и лучезарной истории, продолжавшейся до начала XVI в. и до Реформации. Мишле отметил, что, представляя средневековую Францию, он первым из историков прибегнул к неизданным источникам: До 1830 г. (и даже до 1836 г.) никто из видных историков той эпохи еще не чувствовал потребности искать факты где-либо, кроме напечатанных книг, в первоисточниках, по преимуществу еще не изданных, в рукописях из наших библиотек, в документах из наших архивов.

Но документ для Мишле с самого начала его творчества был лишь трамплином для воображения, спусковым механизмом для создания образа. Далее следует знаменитый пассаж, где Мишле дает слово этим архивам, говорящим в тайниках, где работает историк. Эрудиция — это леса, которые художник, историк, должен убирать, когда произведение завершено. Таким образом, средневековье Мишле в той же мере порождено его воображением, как и архивными документами.

На нем лежал также отпечаток его жизни и личности. Праздничная, светлая, живая, изобильная эпоха — Средневековье Мишле в 30-е гг. XX в., после того как в 1839 г. умирает его первая жена, становится унылым, обскурантистским, застывшим, бесплодным. Если раньше историк находил в Средневековье свое детство, материнскую утробу, теперь он его ощущает как время далекое, чужое и даже враждебное. Он стремится к новому источнику света, и им станет Возрождение.

В знаменитой статье о том, как Мишле изобрел Возрождение, Люсьен Февр (1878—1956) напомнил, что в первой половине XIX в. великие писатели формировали оценку эпохи, соответствующей XV—XVI вв.3. Это делали Стендаль, Сент-Бёв, Гюго, Мюссе. Но ни один из этих авторов, как и никто в ту эпоху, не использовал для характеристики этого периода особое слово. Ведь тогда у историков и просвещенных людей не было обычая делить историю на периоды, кроме самого банального деления на «древнюю», «средневековую», «новую».
В отношении термина «возрождение» Люсьен Февр отмечает, что написанным со строчной буквы его тогда применяли часто, говоря, например, о «возрождении искусств» или «возрождении словесности». Но только Мишле, лично испытавший чувство воскрешения в ходе истории, дал периоду, начавшемуся в XV в. в Европе и особенно в Италии, название «Возрождение» с заглавной буквы. Избранный в 1838 г. во Французский коллеж, Мишле, произнеся там 23 апреля вступительную речь, нашел тем самым трибуну, позволившую этому термину с 1840 по 1860 г. широко распространиться и утвердиться в качестве названия периода.

Мишле покорили два образа, которые он только что упомянул в своей «Истории Франции»: герцог Бургундский Карл Смелый и император Карл V. А ведь он сам жил в банальном мире, снедаемом жаждой денег, вульгарно-буржуазном, во Франции Гизо и Огюстена Тьерри. Некое слово надежды, света, поэзии должно было внезапно появиться и захватить литературу и умы. Это слово пришло — им и стало «Возрождение». Но Возрождение Мишле 1840 г. не было возрождением или возвратом прекрасных Средних веков, оно было концом «этого причудливого и чудовищного, на удивление искусственного состояния» — христианского Средневековья. Пессимизм Мишле поглотил его Средневековье.
Эта бомба взорвалась во время чтения им курса лекций во Французском коллеже в 1840 г. Средние века покрыло мраком. Родилась звезда — Возрождение. Мишле заставил признать ее, потому что, «когда я обрел ее в себе, она стала мною самим».
...
Определенное Мишле как «переход в современный мир», Возрождение знаменует возврат к язычеству, к радости, к чувственности, к свободе. Италия научила ему другие европейские нации — сначала Францию во время Итальянских войн, потом Германию и Англию. Возрождение также вновь привело историю в движение, толкователь которого — историк. Его уроки посвящены демонстрации прогресса, которого народ достиг после своего великого одиночества в Средние века.
...
Курс 1841 г. был поставлен под знак «Вечного Возрождения». В нем речь шла по преимуществу об Италии и обо всем, чем ей обязана Франция. Мишле видел «взаимозависимость» обеих стран со времен Юлия Цезаря
...
Он постарался показать, что, начиная Итальянские войны, французский король Карл VIII «отправился за Альпы в поисках цивилизации».

Далее Мишле изображал Италию страной горделивых городов — прежде всего Флоренции, потом Пизы, Генуи, Венеции, Милана и, наконец, Рима. Он показывал, как ее красота и богатства привлекали многочисленных завоевателей, возвращавшихся из нее с богатой добычей, не исключавшей свободы. Для Мишле величием Флоренции был Савонарола, и, изображая грозного доминиканца гениальным реформатором, он превозносил красоту города и его собора, как и церкви Санта-Кроче, где похоронен Микеланджело. Папство оставалось для него сильной властью щедрого мецената. Избавившись от рода Борджа, оно вновь обрело свой блеск при Юлии II, который покровительствовал Макиавелли и Микеланджело.
После «драматичной красоты Ломбардии и Флоренции», после Рима его привлекала слава Неаполя. Потом Мишле напомнил о некоторых сокровищах, которыми Франция обязана Италии.
...
Описание этого нового времени, этого «Возрождения » он закончил мистическим обращением к сочетанию своей жизни и своего обучения. Он подчеркнул, что историк должен воспроизводить единодушный голос, потому что «новое время — это пришествие этой массы, это воистину благословенный момент, когда этот немой мир обрел голос», и эта констатация возвращает его к самому себе: «Надежда на это есть во мне самом». История — это воскрешение мертвых: «Мне нужно чувствовать себя умирающим» (1841), «Любить мертвых — это мое бессмертие» (1838).
...
Несмотря на влияние Мишле, во французской образованной среде изобретение Возрождения как периода давно связали с авторитетом историка искусства Якоба Буркхардта (1818-1897). Его труд «Die Kultur der Renaissance in Italien» (Культура Возрождения в Италии) вышел на немецком языке первым изданием в 1860 г., вторым — в 1869 г., потом, в сильно искаженном виде, третьим изданием в 1878 г., пока его текст не был восстановлен в 1922 г. крупным специалистом по итальянскому Возрождению Вальтером Гётцем.

Якоб Буркхардт был немецкоязычным швейцарским историком искусства, который после обучения в Берлине у Леопольда фон Ранке (1795—1886), основателя немецкой исторической школы, преподавал историю искусства в Базельском университете с 1844 по 1886 г., после чего ушел в отставку. В Германию и особенно в Италию он приезжал довольно ненадолго. Он мечтал написать историю искусства Возрождения в Италии, но, что любопытно, в ходе ее подготовки отказался от искусства ради культуры. Масштабы области исследования делают это произведение образцом и источником для всех работ по истории европейской культуры, выходящих далеко за пределы ее сюжета.

((Примечание: История жизни, творчества [Буркхардта] и аватар издания «Культуры Возрождения в Италии» была реконструирована Робером Коппом в длинном предисловии к хорошему французскому изданию в переводе Шмитта: Kopp R. Préface // Burckhardt J. La civilisation de la Renaissance en Italie / trad, de l'allemand par H. Schmitt; revue et corrigée par R. Klein. Paris, 2012. P. 7—35.))
...
Во внешней политике итальянских государств, по Буркхардту, господствовали попытки установить равновесие, «объективное отношение к политике» и проявление таланта в «искусстве переговоров».
...
Вторая часть книги Буркхардта посвящена развитию индивидуальности. Человек Возрождения, носивший свою культуру в себе, везде чувствовал себя дома. Буркхардт цитирует одного гуманиста Возрождения, укрывшегося за границей, который утверждал: «Где ученый человек поселился, там его добрая родина».
...
Гуманизм развивался как в среде горожан, так и при дворах сеньоров и в римской курии. В общественной жизни снова расцвела ритуальная литература: эпистолярный стиль, вступительные и надгробные, академические и политические речи, клятвы на латыни изобиловали цитатами. Латынь, почти вытесненная из повседневной речи местными языками, вновь стала абсолютной ценностью в гуманистической и куриальной средах. Буркхардт даже говорит об «общей латинизации образования». Однако историк искусства делает вывод о крахе гуманистов в XVI в.: их сочли тщеславными, склонными к притворству, и протестанты, сторонники Реформации, утверждавшейся в то время, усомнились в искренности их христианской веры.

В трех последних частях книги Буркхардт обращается к тому, что он, видимо, рассматривал как суть Возрождения. К открытию человека, основы гуманизма, он добавил открытие мира. Имеется в виду расцвет астрономии, ботаники и садов, зоологии, коллекционирования экзотических животных. Открывая мир, Возрождение выявляло и красоту природы. Петрарка, несомненно, первым воспел восхождение на горы; фламандская школа сделала масляную живопись инструментом, позволившим привлечь внимание к пейзажу. Что касается красоты, то она демонстрировала себя в портрете. В Италии, в первую очередь в Тоскане, распространился жанр биографии. Но автобиография, связанная со взлетом индивида, развивалась тоже, и в качестве ее примера можно упомянуть жизнеописание знаменитого ювелира Бенвенуто Челлини (1500—1571).
...
Любопытно, что произведение Буркхардта завершают несколько глав, создающих малопривлекательный образ Возрождения. Применительно к нравственности он повсюду видит «преступные настроения». Изображения в столь черном цвете не избегает и Италия: Наконец, в этой стране [Италии], где индивидуальность достигает своего пика во всех отношениях, являются также законченные злодеи, которые совершают преступление ради него самого, а не как средство для достижения определенных целей, либо по крайней мере избирают его как средство для целей, выходящих за пределы всякой психологической нормы.
Тем не менее Италия Возрождения остается для Буркхардта страной, возглавляющей то, что он назвал «революцией» в мировой истории [в русском издании: «напор этой новой эпохи»].

ВОЗРОЖДЕНИЕ СЕГОДНЯ
Сейчас, в начале XXI в., как и в XX в., Возрождению по-прежнему посвящают сочинения историки, в большинстве, пусть иногда с оговорками, принадлежащие к его панегиристам. Чтобы напомнить об их толкованиях и суждениях, я рассмотрел в основном подходы Пауля Оскара Кристеллера, Эудженио Гарина, Эрвина Панофски, Жана Делюмо и для 2011 г. — Роберта Ч. Дэвиса и Элизабет Линдсмит.
Главный труд Пауля Оскара Кристеллера — «Studies in Renaissance thought and letters» [Очерки о мышлении и литературе Возрождения], опубликованные в Риме в 1956 г.
...
Ярых сторонников идеи независимого и бесподобного Возрождения может удивить, что первую главу исследования о Марсилио Фичино Кристеллер посвящает схоластической подоплеке гуманизма. Он показывает, что аристотелизм Фичино был прямым наследником средневекового аристотелизма, с которым тот имел дело на своих философских занятиях во Флорентийском университете
...
Деликатный вопрос отношений между гуманистом Возрождения и религией иллюстрирует в книге Кристеллера то, что Марсилио Фичино в одном письме за 1474 г. представляет как свое обращение в религию после периода депрессии, связанной с болезнью. Истолковать этот эпизод довольно трудно.

Я намекал на аристотелизм, который Средние века оставили в наследство Возрождению. Но итальянские гуманисты XIV и XV вв. называли себя прежде всего платониками. Важнейшую роль в распространении идей Марсилио Фичино сыграла Платоновская академия, открытая во Флоренции в XV в. и упрочившаяся в XVI в. Это новое открытие древнегреческой и древнеримской мысли, снова распространившейся из Италии на большую часть Европы, считается одним из самых характерных элементов того, что называют Возрождением.
...
Кристеллер обоснованно настаивает на необходимости дать определение термину «гуманизм», ассоциирующемуся с просвещенными людьми Возрождения. Дело тут не в человеке как таковом с его природой, жизнью, судьбой: просвещенные люди Возрождения были проникнуты тем, что называют «humanités», то есть культурой великих мыслителей и писателей греческой и римской древности.
...
Вторая тема, затронутая Кристеллером и способная пополнить досье о сравнении между Средними веками и Возрождением, — это влияние святого Августина. Известно, что его наследие, столь богатое и поддающееся разным истолкованиям, имело величайшее значение для средневековой мысли практически во все эпохи и во всех богословских и философских течениях. Но если Августин и написал трактат «Contra academicos» [Против академиков], он высоко ставил Платона и неоплатонизм. С другой стороны, возрождение аристотелизма, который под августиновским влиянием навязывал себя средневековому мышлению в XIV и XV вв., продолжалось до конца XVI в. Гуманисты, сначала обратившись к античным авторам, после перешли к отцам церкви и, поскольку сами читали по-гречески, стали переводить на латынь, если это еще не было сделано, отцов православной греческой церкви — Василия, Иоанна Златоуста, Григория Нисского, Кирилла.
...
Следующий свидетель, образец современного историка Возрождения, — итальянец Эудженио Гарин с двумя главными книгами, переведенными на французский: «Итальянский гуманизм. Философия и гражданская жизнь в эпоху Возрождения» (1947) и «Средние века и Возрождение» (1954). Первое из двух этих произведений Гарин начинает с любопытной констатации: в противоположность Мишле и Буркхардту в XIX в. историки XX в. в большинстве пересмотрели оценку Средних веков и принизили Возрождение. Гарин, напротив, доказывает (впрочем, вслед за Кристеллером), что «великие соборы идей» и «великие логические и теологические системы», возведенные над Средневековьем, необходимо разрушить.
Что до Возрождения, то оно содействовало развитию studia humanitatis: первое место отныне занимал человек, тогда как средневековые мышление и общество находились под невыносимым гнетом Бога.
...
В эпилоге Эудженио Гарин снова подчеркивает, до какой степени гуманизм Возрождения представлял собой «новый подъем веры в человека и его возможности и поощрение его активности во всех направлениях». Он высказывает также две мысли, которые сильно повлияют на современную оценку отношений между Средними веками и Возрождением. Он утверждает, с одной стороны, что Италия была центром и очагом Возрождения, с другой — что новый человек, которого оно формировало, «собрал на этой территории все конфликты».
...
Последнее обобщающее свидетельство о Возрождении предоставит нам великий французский историк Жан Делюмо в двух главных произведениях, первое из которых было написано в 1996 г. в сотрудничестве с Рональдом Лайтбауном, второе сочинил он один к 1999 г. Жан Делюмо настаивает на двукратном появлении слова «Возрождение». Сам термин и идея обновления путем возврата к античности, какую этот термин предполагает, поначалу возникли в Италии, а именно во Флоренции. Их «инициатором», если так можно сказать, был в XIV в. Петрарка, а «синтезатором» — в середине XVI в. Вазари. Но, как мы видели, это слово и представление о периоде, связанном с ним, утвердились только в XIX в. благодаря романтизму и Мишле. Тогда оно вышло за пределы сферы искусств и стало применяться к основным аспектам периода, продолжавшегося от мрачного Средневековья до Нового времени, для которого он послужил началом.
В книге «История Возрождения» Жан Делюмо описывает распространение нового искусства из Флоренции по Италии, а потом из Италии по остальной Европе.
Свою панораму Возрождения в Европе он завершает славным исключением: великий нидерландский художник Брейгель Старший (около 1527—1569) полностью игнорировал как античность, так и Италию.

Жан Делюмо говорит об эволюции и разрывах в сферах образования и воспитания: о роли книгопечатания, о расширении школьного обучения, об упадке университетов и важности дворов, о все более многочисленных женщинах-ученых и писательницах, о появлении в живописи новой организации — мастерской, связанной прежде всего с масляной живописью, и работы на мольберте, изобретенном в XV в. в Нидерландах, о научных обществах, вернувших к жизни древнегреческий термин «академия» в небывалом прежде смысле. Среди проявлений технического прогресса, какие Жан Делюмо приписывает Возрождению, он особо выделяет механические часы и артиллерию; я, со своей стороны, считаю их средневековыми изобретениями. Далее Жан Делюмо характеризует Возрождение как период, отличавшийся динамичной экономикой. Это утверждение кажется мне преувеличенным, но отмечу (я к этому вернусь) два новых и важных феномена: поступление драгоценных металлов (золота и серебра) из Америки, открытой в самом конце XV и в начале XVI в.; усовершенствование мореплавания со времен Христофора Колумба и каравелл конца Средних веков.

Tags: история, тексты, цивилизация, чтение с интересом
Subscribe

  • про генеалогию и фабрику

    Еще немного про Карабановых Генеалогия. Русский дворянский род, восходящий к началу XVI в. и, судя по гербу, относящийся к потомкам касожского…

  • про статью и коллекционера

    Чудесная статья из интереснейшего сборника. С темой для нового северного полюса). Первое, что цепляет, это личность…

  • про выставку про усадьбу

    Выставка " Возвращение в усадьбу" в Новом Иерусалиме довольно интересна, по-моему. Там нет каких-то шедевров, но можно оценить…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments